берлин
28 апр 2014
Поделиться

Даниэла Брам о функционировании творческого кластера и социального центра на месте завода принтеров

Автор: Егор Коробейников

В 1989 году компания Rotaprint обанкротилась и закрыла завод по производству принтеров в берлинском районе Веддинг, который на протяжение почти двух десятилетий был печально известен высоким уровнем безработицы и большим количеством нелегальных иммигрантов. 18 лет потребовалось городу, чтобы вернуть заброшенную фабрику к жизни. Даниела Брам, создатель ассоциации ExRotaprint, рассказала UrbanUrban, как им удалось возродить территорию фабрики и спасти её от превращения в квартал элитной недвижимости.  

Фотография:
ISOTYPE75 / Flickr.com, Егор Коробейников

— Как вы вообще туда попали?

— Я художник и снимала на заводе студию, поскольку там фантастическая архитектура. Мы с другими арендаторами видели в этом месте скрытый потенциал. У нас был контракт с администрацией района, но в любой момент завод могли продать или снести. Вся территория — 8,4 тыс кв. м, общая площадь застройки — 10 тыс кв. м. Было очевидно, что у городской администрации не было другого плана, кроме как продать комплекс самому выгодному покупателю, но мы считали, что это очень глупо. Rotaprint заслуживал того, чтобы достаться тем, у кого лучше концепция, а не тем, кто больше всего заплатит. Сейчас, возможно, у нас уже не было бы шанса получить этот комплекс, потому что тогда у потенциальных инвесторов не было особенного интереса к нему из-за социальных проблем района Веддинг.

Мы решили выкупить фабрику. Конечно, какое-то время у нас ушло на то, чтобы разобраться с финансовой частью, выбрать юридическую форму, и, в конце концов, окончательно решить, какие у нас цели и ради чего мы это делаем. Инициаторами выступили я и Лес Шлиссе, тоже художник. Мы рассказали о своей идею другим арендаторам и сформировали ассоциацию ExRotaprint. Кроме нас в неё вошли небольшие семейные бизнесы, маленькая столярная компания и общественные организации, которые помогали безработным. Ещё там были художники, дизайнеры и прочие творческие люди.

— А зачем вам нужна была ассоциация?

— Чтобы иметь больший вес: одного человека никто не будет воспринимать всерьёз. Нам понадобилось два года, чтобы добиться своего и договориться о цене —  это была настоящая борьба. Главное — нам удалось воплотить свой замысел и сделать ExRotaprint не мёртвым инвестиционным проектом, а настоящим арт-сообществом, которое включает в себя бизнесы, художников и прочих креативных профессионалов, а также общественные институты и организации. 

Фотография:
Егор Коробейников

— Как вы убедили власти отдать завод именно вам и к тому же по заниженной цене?

— Нам сильно помогли журналисты, которые активно освещали ситуацию вокруг Rotaprint. Потом ею заинтересовались люди из районного муниципалитета и даже из берлинского Сената. Но были и те, кто не поддерживал наш проект и ратовал, в первую очередь, за прибыльность: «город очень беден — нам нужны эти деньги». Как ассоциация сейчас мы зарабатываем на арендной плате.

— Самим себе?

— В каком-то смысле, самим себе. Всю прибыль мы вкладываем в некоммерческие проекты. Мы считаем, что земля принадлежит всем и она не должна становиться частью рынка. Не буду вдаваться в юридические тонкости, но следующие 99 лет с этой недвижимостью невозможны никакие операции, конечно, если мы не перестанем платить городу арендную плату. Нынешние арендаторы могут оставаться в этом комплексе так долго, как пожелают. Аренда у нас достаточно низкая: деньги нам нужны только на ремонт. И мы специально не проводим масшабных работ, чтобы не поднимать ставку.

Очень часто такие комплексы развиваются в одном направлении: искусство, IT-бизнес, образование или социальные проекты. А мы совместили все эти сферы, и я чувствую, что очень многих здесь это вдохновляет. Мне тоже нравится такое разнообразие: я бы не хотела жить в изоляции на «художественном острове». У нас много иммигрантов, которые приходят к нам на уроки немецкого языка. Обычно их не встретишь в подобных местах, поскольку они не являются частью этого социального круга.

— Есть ли у вас какая-то специальная стратегия по поиску арендаторов?

— Нам не нужно искать креативных профессионалов, потому что они все приходят сами. Находить арендаторов из бизнеса сложнее, и мы отдаём предпочтение тем, кто создает рабочие места, а не использует наши помещения как склад. У нас есть общественные организации, которые очень часто зависят от субсидий, а значит, являются в некотором смысле «ненадёжными» съёмщиками. Но мы, хотя и нуждаемся в арендной плате, всегда стараемся предоставить им максимум возможностей для развития.

— Как вы вовлекаете местные власти в вашу деятельность? И, когда вы только начинали проект, местные жители вас уже поддерживали или вы действовали сами по себе?

— Сначала особой поддержки жителей мы не чувствовали — действовали сами. Что касается местных властей, то теперь, оглядываясь назад, мы понимаем, что наша концепция выглядела очень убедительно, и, казалось бы, они должны были быть очень заинтересованы в том, чтобы помогать ExRotaprint. Но, честно говоря, никакой помощи не было. У нас нет никаких правительственных денег, что мне, на самом деле, нравится, потому что так мы можем быть очень независимыми.

— Смог ли ExRotaprint каким-то образом изменить Веддинг?

— Изменения есть, но пока они не так заметны. Это относительно криминальный район, где нет полиции, где на улицах продают наркотики, а в подпольных казино отмывают деньги. Поэтому вряд ли стоит ждать, что в самом ближайшем будущем там станет чисто и спокойно. Но даже несмотря на то, что порой по ночам довольно страшно, я бы совсем не хотела, чтобы ExRotaprint превратился в буржуазный квартал, где всё шикарно и дорого.

Поделиться:

Читайте также

КОММЕНТАРИИ
к посту «Даниэла Брам о функционировании творческого кластера и социального центра на месте завода принтеров »

Ответить в ветку
Авторизоваться через:
Яндекс.Метрика