03 апр 2014
Поделиться

Урбанизм-большевизм: мы научим вас жить комфортно

Автор: Пётр Иванов

Из всех идеологий урбанизма наиболее занимательна та, которая знает ответы на все вопросы. Решительная, пламенная и окончательная большевистская урбанистика. Что это такое и куда нас приведет революция, объясняет Петр Иванов.

Фотография:
Парк Горького
Картину «Черный Ленин» Энди Уорхола стоимостью 110 тысяч долларов можно увидеть на выставке «Личный выбор: работы из частных коллекций современного искусства» в ЦСИ «Гараж» в Парке Горького

Братья Стругацкие мечтали о прогрессорах, фантасты попроще — об астронавтах, учащих инопланетянок искусству любви, Марк Твен вообще решил отправить своего героя в полумифическое средневековое прошлое. Но все эти мечты объединяет один, на первый взгляд, нехитрый идеологический посыл — определенный набор знаний, практик и технологий совершеннее и лучше, чем другие. Не так важно, является ли этот набор для его носителя будущим или настоящим. Важно, что он является неизбежным будущим для тех, к кому носитель собирается его применить.

В прошлой колонке я писал про левацкий урбанизм, ставящий своей задачей дать голос угнетенным горожанам, открыть им глаза на их право на город и дать возможность реализовать это право. Эту идеологии можно критиковать, например, с позиции того, что горожане пассивны, ленивы и априори не стремятся к улучшению своих жизненных условий. Сколько женщине ни говори о равноправии полов, а она всё на швабру смотрит и так и норовит убежать на кухню. И эта критика отнюдь не беспочвенна. В конечном счете право, лишенное субъекта, мобилизирующего это право — всего лишь одна из нереализованных возможностей.

Ленин в швейцарском костюмчике вряд ли был убедителен для рабочих Российской Империи, призывая их к осознанию себя как класса. Впрочем, только до тех пор, пока ему в голову не пришла парадоксальная идея — осуществить пролетарскую революцию, а потом уже задним числом создать этот самый рабочий класс путём индустриализации. Это и есть, по сути дела, квинтэссенция большевистской логики — создать неуместную, выпирающую, вопиюще смелую мечту, а потом пытаться оживить её своей верой и волей.

Реконструкция Парка Культуры им. Горького в Москве - яркий пример большевистской логики

В урбанистике эта идеология, как ни странно, чертовски распространена. Реконструкция Парка Культуры им. Горького в Москве — яркий пример большевистской логики. Движимый вдохновением «европейского опыта» Сергей Капков решительно смел ржавые аттракционы и палатки с шаурмой и создал на их месте Идеальный Парк. Конечно, можно искать изъяны в проекте и реализации, но в логике московского градостроения это было именно так. По образцу Парка Горького начались изменения всех других московских парков. Потому, что теперь мы знаем, как выглядит парк.

Путешествуя по городам России, в какой-то момент понимаешь, что целые районы, города, регионы можно спокойно поменять местами, — и никто ничего не заметит. Потому как начиная с хрущевской типовой застройки начал реализовываться другой отважный большевистский проект. Обладающий, наверно, самой сложносочиненной аргументацией в истории урбанизма. Кварталы хрущевок и панелек разрастались по всей стране, потому что советские градостроители знали сколько места нужно человеку, чтобы снять пальто и сколько часов солнце должно освещать комнату. СССР давно нет, но СНиПы хранят пламенеющий заряд слепой категоричности прогрессоров 60-х.

Энрике Пеньялоса на Московском урбанистическом форуме-2013 и в своем последующем турне по России неоднократно повторял, что строить подземные переходы нельзя, человек должен ходить по земле. Не то, чтобы я не был согласен с Пеньялосой, но интонации и уверенность выдают в нем человека, который знает как должны выглядеть города. Слушая его, хочется соглашаться с ним, хочется идти за ним, делать так, как он говорит. Ему веришь, как визионеру, который в состоянии мистической иллюминации прозрел будущее и знает, каким оно должно быть.

В начале девяностых книжные магазины были завалены книгами о том, что у Ленина был сифилис, что он немецкий шпион и что он был евреем/геем/инопланетным захватчиком (нужное подчеркнуть). Это связано с тем, что у любого большевистского проекта есть только одно состояние - состояние тотальной победы

Всё ЖЖ, заинтересованное вопросами урбанистики, с интересом следит за конфликтом, по одну сторону которого Максим Кац и Илья Варламов, а по другую сторону — блоггер Евгений Шульц. Шульц занимается обличением Каца и Варламова в том, что они, якобы, пропагандируют трамвай, велодорожки и платные парковки из корыстного интереса. Угроза десакрализации — пожалуй, самое уязвимое место большевистской идеологии. В начале девяностых книжные магазины были завалены книгами о том, что у Ленина был сифилис, что он немецкий шпион и что он был евреем/геем/инопланетным захватчиком (нужное подчеркнуть). Это связано с тем, что у любого большевистского проекта есть только одно состояние — состояние тотальной победы. Факт или вымысел. Всё или ничего.

Урбанист-большевик уверен, что материя определяет сознание, а следовательно, изменения физической городской среды повлекут за собой неизбежные изменения общества. Если мы рассматриваем городскую среду как совокупность взаимосвязанных физикосоциальных характеристик, то это отчасти верный посыл. Кстати, именно поэтому в речах молодых урбанистов так часто можно услышать отсылку к «теории разбитых окон». Но урбанист-большевик не может позволить себе мысли, что изменения социальных характеристик, вызванные изменениями физических, непрогнозируемы. Поэтому, он вынужденно прибегает к линейной оценке качества среды. Он её не изменяет, он её улучшает. Он не экспериментирует, он приближает её к идеалу. Он не задаётся вопросом, как выглядят российские города, но лишь вопросом «Как должны выглядеть российские города?». Впрочем, в его устах этот вопрос приобретает свойства риторического.

Большевистские проекты вовсе необязательно обладают глобальным масштабом - это может быть и благоустройство отдельно взятого двора и, даже, установка отдельно взятой лавочки. Главная характеристика большевистских проектов — их универсальная масштабируемость. То есть, установив определённую лавочку в определённом месте, мы получаем знание о том, как и какие лавочки должно устанавливать везде. И, как ни странно, в этом плане самым главным пламенным революционером, является государство. Бюрократическая машина стремится к унификации и оптимизации, поэтому единственно верное знание является для неё невероятным искушением. Когда госмашину клинит, она призывает урбанистов-большевиков. Они льют сверкающее масло великих идей на её шестерни и она продолжает ход.

Когда госмашину клинит, она призывает урбанистов-большевиков. Они льют сверкающее масло великих идей на её шестерни и она продолжает ход

Большевизм не знает сомнений — и в этом его бесчеловечность. Что бы ни поднимали на знамена романтики от урбанистики, нужно понимать, что речь идет о том, что они хотят трансформировать человеческие тела, создавать среду, в которой человек будет вынужден испытывать комфорт, строить светлое будущее, любить всех вокруг. И это ещё одна угроза, но уже скорее для самого носителя идеологии. Ведь тела могут быть слишком инертными, слишком идиферентными к попыткам их изменить. Никто из прогрессоров не застрахован от судьбы Руматы Эсторского.

Поделиться:

Читайте также

Теги:

колонки

КОММЕНТАРИИ
к посту «Урбанизм-большевизм: мы научим вас жить комфортно»

Ответить в ветку
Авторизоваться через:
Andrey PopovAndrey Popov 03 апр 2014, 10:25

ты такие неологизмы придумываешь) конечно, в общей твоей конструкции они понятны... но, честно говоря, я не знаю пока что, что что-то смущает меня в конструкции "урбанист как большевик"... наверное, большевик - не совсем правильно выраженный образ какой то предельной левацкости, и вообще: левацкости ли? речь, наверное, даже не сколько о методологии и философии движения, а о способе, то есть форме, ее актуализации и репрезентации

а то так бы можно было бы спокойно обсуждать каких нибудь урбанистов-младогегельянцев ))

Andrey PopovAndrey Popov 03 апр 2014, 10:29

да и потом, большевистский запал 10-х-20-х - это, вроде бы, как не совсем одно и то же, что и романтизированное и уведенное в некоторую иную плоскость прогрессорство 60-х Стругацких, не находишь? а ты их в этой статье постоянно смешиваешь

Petr IvanovPetr Ivanov 03 апр 2014, 10:55

Большевизм не имеет расположения на линии левое-правое, он может быть каким угодно, хоть либеральным. Как ты верно заметил, речь идет о способе мышления и действия, а не о наполнении мышления и действия.

Dmitri LebedevDmitri Lebedev 03 апр 2014, 15:39

Супер! Слушая Пеньялосу ощущал это тоже. Мы всё знаем, слушайте нас, вперёд к победе урбанизма!

Dmitri LebedevDmitri Lebedev 03 апр 2014, 16:25

Только надо сделать ещё один шаг вперёд: Пеньялоса, Гейл и прочие сейчас идеологически обслуживают местные власти и мегастройки.

Petr IvanovPetr Ivanov 04 апр 2014, 06:24

Можно, но это не совсем обязательный шаг, а скорее один из возможных. Хотя и самый часто наблюдаемый)

Vasily GomozovVasily Gomozov 04 апр 2014, 10:29

Только "Урбанизм-большевизм" мы можем благодарить за ансамбли Петербурга, Парижские бульвары и сталинские высотки. Без тоталитарной воли получается только милое разнообразие (пестрота) восточного базара.

Dmitri LebedevDmitri Lebedev 04 апр 2014, 16:46

Красноярск и Иркутск сложились спонтанно, исторический центр в них прекрасен.

Derric MorganDerric Morgan 29 апр 2014, 10:38

Ладно, давайте помыслим чистого человека, источающего свои естественные, заложенные космосом потребности и индивидуальные черты, которого эти ваши идеологии корёжат

Наталия РачковскаяНаталия Рачковская 23 июн 2014, 10:09

Не научите, делайте что-то полезное на деле, без трёпа...

Сергей МорякинСергей Морякин 21 дек 2014, 19:35

Попытка взять разом всё плохое и назвать "большевизмом". Натянуто.

Яндекс.Метрика