28 мая 2014
Поделиться

Учимся у старших: как работает краудфандинг у РПЦ

Автор: Серафим Ореханов

Мы попытались выяснить, как устроен сбор денег в Русской Православной Церкви, которой удается собирать суммы, достаточные для строительства тысяч храмов и содержания семей десятков тысяч священников и монахов, чтобы понять, почему люди не готовы скидываться на свой подъезд, но регулярно и добровольно жертвуют на свой приход.

Если вдуматься, то Церковь в России — лидирующая краудфандинговая платформа, причем лидирующая с большим отрывом. Ни одному благотворительному фонду не удается собрать и десятой доли тех денег, который прихожане приносят в храмы: фактически всё русское духовенство существует на пожертвования, и это не считая строительства новых церквей по всей стране, которое хотя и замедлилось в последние годы, всё же требует огромных средств. Согласно данным «Левада-центра», всего 14% россиян активно участвует в жизни своих церковных общин. Однако им удаётся собирать гораздо больше денег на функционирование приходов, чем все живущие в городах россияне (а это 73% населения страны), «сдают» на все городские проекты, вместе взятые.

Оценить точные объемы церковного краудфандинга невозможно. Юлия Данилова, главный редактор сайта о благотворительности Милосердие.ру, который работает и как краудфандинговая платформа, говорит, что точной статистики на эту тему до сих пор нет: «В основном, по моим наблюдениям, жертвуют крупные благотворители». К сожалению, общих данных о доле некрупных массовых пожертвований  (в этом как раз и состоит суть краудфандинга) в этой сфере нет, как и вообще какой бы то ни было вызывающей доверие статистики о размерах и частоте пожертвований в целом по стране. Тем не менее, Данилова подтверждает, что ни одна благотворительная организация не может даже приблизиться к РПЦ по объему собираемых средств: «Здесь есть ясная, конечная и осязаемая цель — построили храм, результат очевиден. Плюс процесс может идти поэтапно: храм как бы растет на глазах, что тоже очень стимулирует жертвователей».

Всегда есть опасения, что всё разворуют или просто бездарно в землю закопают

Дмитрий Даушев, директор по фандрайзингу Детских деревень SOS Россия, однако, считает, что этот позитивный опыт неприменим ни к каким другим типам краудфандинга: «Церковь, действительно, собирает огромные средства, эффективность процесса оставляет желать лучшего: в технологическом плане, по крайней мере, Церковь отстает на десятилетия от тех же благотворительных фондов, не говоря уже про краудфандинговые платформы вроде Кикстартера. Но там работают совсем другие механизмы: это же тысячелетняя традиция Церкви, которая всегда жила тем, что мы называем краудфандингом. Совсем необязательно человек, готовый дать деньги на храм, готов дать их на больного ребенка, что, конечно, не значит, что он плохой и чёрствый человек: для этого просто нужен другой уровень сознательности и сопереживания. И, кстати, даже если он готов дать деньги на больного ребенка, не факт, что он даст такую же сумму на свой подъезд. Главная причина этого заключается в том, что в сознании советского и постсоветского человека крепко засело: всё, что за пределами квартиры — это прерогатива государства. Любое благоустройство должно быть на государственные деньги».

Эта эмоция очень точно передается возмущенной фразой «Я же плачу налоги!» До Революции сбор горожанами даже небольших провинциальных городов денег на, например, фонтан или реконструкцию городского парка был широко распространенным явлением. Конечно, как правило основную часть средств давали богатые купцы, однако механизм работал — даже памятник Пушкину на Пушкинской площади в Москве был построен на народные деньги. Памятник открылся в 1880 году, чему предшествовала двадцатилетняя каудфандинговая компания, инициированная выпускниками Царскосельского лицея. В ходе нее было собрано 106 тысяч рублей (около 90 миллионов рублей на современные деньги). Никому бы и в голову не пришло требовать, чтобы, например, сад во дворе многоквартирного дома разбивали городские власти, а не хозяева дома, сдающие в нем квартиры.

Смена роли государства в общественной жизни, произошедшая после Революции, заставила горожанина пересмотреть свою роль в финансировании городских улучшений. В рамках социалистического и тем более тоталитарного дискурса низовые инициативы, направленые на улучшения облика городов, не приветствовались: советское государство, лишившее граждан собственности, взамен, в числе прочего, взяло на себя функции дореволюционных общественных организаций, занимавшихся такими вещами.

В сознании советского и постсоветского человека крепко засело: всё, что за пределами квартиры — это прерогатива государства. Любое благоустройство должно быть на государственные деньги
Справлялось оно с этой задачей с переменным успехом, однако, по крайней мере, успело до своего развала привить поведенческий паттерн, согласно которому всё, что происходит за дверью квартиры относится к сфере общественного, а значит, в советских условиях, государственного. Строя, породившего эту логику, нет уже двадцать лет, но ментальные изменения происходят медленнее, чем политические. Данилова считает, что низкий уровень доверия — даже большее препятствие на пути успешного сбора денег на дворовые или городские проекты,что советская закалка: «Конечно, у граждан есть ощущение, что благоустраивать обязано государство. Но не менее важно, то что здесь нет понятного и авторитетного руководителя сбора, которому бы люди доверяли так, как они доверяют своей церковной (не обязательно православной) общине. Управляющая компания, конечно, не вызывает такого доверия, а жильцы дома тоже нечасто выдвигают убедительного для всех лидера, который может этот процесс продвигать. У нас люди очень плохо пока умеют договариваться по этим темам. У меня был опыт участия в работе домового комитета: постоянный крик, нервы и недоверие со стороны большинства жильцов, при том что глава домкома — очень дельная дама, и многое все-таки удалось сделать. Мы скидывались на видеонаблюдение, шлагбаум и прочее. Но если даже в одном доме с доверием большая проблема, то что говорить о чем-то более глобальном — тут всегда есть опасения, что всё разворуют или просто бездарно в землю закопают». Даушев в качестве дополнительной причины неэффективности городского краудфандинга называет непрофессионализм его организаторов: грубо говоря, они не умеют хорошо просить.
Фотография:
spbpda / flickr.com

Для повышения эффективности сбора денег на городские проекты можно было бы использовать простейшие технологии, которые с успехом, хотя, скорее всего, и неосознанно, применяет Церковь: вовлечение и награды. Чтобы жильцы дома дали вам денег на создание, например, детской площадки, следует рассказывать не про саму площадку, а про то, как они смогут проводить на ней время вместе с детьми и почему она нужна именно им. Картина ваших детей, играющих на построенной своими руками площадке, гораздо скорее сподвигнет вас принять участие в проекте, чем описание количества брусьев и вес качелей. Что касается наград, то табличка, сообщающая всем посетителям детской площадки, что она создана усилиями Петра Иванова из седьмой квартиры, может стать решающих аргументом: при строительства храмов имена жертвователей часто пишутся на кирпичах.

Интересно, что несмотря на многочисленные скандалы, сотрясавшие РПЦ на протяжении последних двух лет, уровень доверия к Церкви все равно гораздо выше, чем к любой городской инициативе. Вероятно, это связано с тем, что жертвуя на церковь, люди не ассоциируют себя с одиозными фигурами среди церковных иерархов, а с конкретным приходом и священником, которого они хорошо знают. Получается уровень вовлечения, о котором любой краудфандинговой платформе приходится только мечтать. Вероятно, для выхода городского краудфандинга на новый уровень необходимо увеличение в жизни горожан роли городских сообществ: сообществ дома, двора, квартала, улицы. Когда им будут доверять так же, как прихожане храмов доверяют своей общине, то и делиться с ними ресурсами — не только деньгами, но и своим временем и полезными навыками — люди будут с такой же лёгкостью, с которой они жертвуют на нужды своего прихода.

Поделиться:

Читайте также

КОММЕНТАРИИ
к посту «Учимся у старших: как работает краудфандинг у РПЦ»

Ответить в ветку
Авторизоваться через:
Денис КазакДенис Казак 28 мая 2014, 17:02

"ВСЁ, ЧТО ЗА ПРЕДЕЛАМИ КВАРТИРЫ — ЭТО ПРЕРОГАТИВА ГОСУДАРСТВА. ЛЮБОЕ БЛАГОУСТРОЙСТВО ДОЛЖНО БЫТЬ НА ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ДЕНЬГИ"

И почему это неправильно, и это надо менять? Мы же платим за это налоги. Я отдаю треть денег, которые платит мне работодатель, в налоги (это не считая налогов с продаж за покупку в магазине и прочих сборов). По идее, за это я имею милицию, суды, больницы, и в том числе ухоженные парки и чистые улицы. Или лучше было бы, если эти средства поступали не из гос бюджета, а краудфандингом?.. Тогда сократите налоги. Церковь - отдельное дело, она обособленна, и у них нет другого варианта финансирования.

Kaptsov AlexanderKaptsov Alexander 29 мая 2014, 04:04

Боже, какой наивный сюжет! Какие наивные мнения! :)

Вы, в своей Москве, совсем от мира отошли и не знаете простейших вещей.

Так вот, для тех, кто не ездит за МКАД и новости получает от Look At Me и NewsBlock MTV:

Сеть храмов в РПЦ, это, переводя на ваш язык, это как Сеть Kiwi.

Это Самая Крупная Сеть по обналу любого кэша с самым мутным происхождением.

Если вы хоть раз понаблюдаете на процесс реконструкции или строительства храма - вы увидите всех заинтересованных лиц. Для вас будет, возможно, удивительно увидеть половину представителей теневого бизнеса города.

Издавна, в церкви держат Общак, Сдают Рейдерам и Крыше. Через церковь "греют" зону.

Это настолько издавна сложившаяся страктура, что описана у классиков.

«В основном, по моим наблюдениям, жертвуют крупные благотворители».

Вот вы не общаетесь с этими элементами, но просто, ради интереса, спросите любого сидевшего человека - всё станет вам ясно. А ведь у нас 60% населения сидело.

Это очень показательно, что айфоново-стартаповая молодёжи не в курсе таких простых вещей:)

Kaptsov AlexanderKaptsov Alexander 29 мая 2014, 04:08

Извините за второй пост, не знаю как удалить. Но чтобы 2 раза не вставать - вспомните любой Советский фильм - в кадре с любым Вором или преступником обязательно будет Иконка стоят. ("Место встречи изменить нельзя" и проч.)

Axan MustafinAxan Mustafin 29 мая 2014, 06:42

статья для наивных лохов.

http://www.rbc.ru/rbcfreenews/20131118205003.shtml

рпц освобождена от налогов. но таки ювилирная торговля. а уж главсинагога москвы ххс бывший бассейн.

Плюс такие пополизы как якунин и малофеев.

Яндекс.Метрика